Суперагент номер один

  • Сергей НЕХАМКИН, Вечерний Минск №51 от 20 декабря 2018 21 декабря 2018 02:24 Калейдоскоп Русский

    Советский Джеймс Бонд

    Необходимые сведения для тех, кому имя незнакомо или знакомо понаслышке.

    Яков Исаакович Серебрянский — один из руководителей советской разведки в довоенные и военные годы. Родился в 1891 году в Минске в бедной еврейской семье. В юности — член партии эсеров, в 1909-м был арестован по делу об убийстве начальника минской тюрьмы. В Первую мировую — рядовой солдат, тяжело ранен. Участвовал в Гражданской войне. С 1920-го — в органах ВЧК. С 1923-го — на загранработе: руководил резидентурами в Палестине, Бельгии, во Франции, в Румынии, США, Китае, Японии. Возглавлял Специальную группу особого назначения (она же «группа Я», или «группа Яши») — эдакую

    команду советских агентов 007, занимавшихся кроме разведки «особыми заданиями» вроде похищения в 1930 году в Париже главы белоэмигрантского Русского общевоинского союза (РОВС) генерала А. Кутепова. В 1938-м

    сам был арестован как французский шпион, прошел через пытки и избиения на допросах, в ­1941-м приговорен к расстрелу.

    Но началась война, и Серебрянского амнистировали, возвратили на службу. Руководил рядом важнейших операций советской разведки в годы войны. В 1946-м уволен «по состоянию здоровья». После смерти Сталина в 1953-м Берия вновь призывает его в разведку, но вскоре следует новый арест — уже по обвинению в причастности к «заговорщицкой деятельности Берия». 30 марта 1956 года умер в Бутырской тюрьме на допросе — не выдержало сердце. В 1976-м посмертно полностью реабилитирован.

    Ныне Якову Серебрянскому посвящено множество исторических исследований, книг, снято несколько документальных фильмов. Но нам интереснее другое. Все-таки земляк. И хочется взглянуть на него именно с минской точки зрения.

    Местные корни

    Тем более что здешние корни могут оказаться неожиданно глубокими. Беларусь до революции — черта оседлости. Евреям в те времена фамилии нередко давали по месту проживания. Среди тогдашних белорусских населенных пунктов с названием Серебрянка была деревня под Минском, ныне всем известный жилой район города. Не по ней ли предки нашего героя и стали Серебрянскими?

    Здесь жила его родня. В Минском гетто в войну погиб отец. Возможно, старые выпускники юрфака БГУ помнят профессора А. Лейзерова, читавшего конституционное право. Это племянник Серебрянского.

    Лихая юность

    У каждой эпохи своя психология. Людей, живших 100 с лишним лет ­назад, нельзя судить с современной точки зрения. И глупо сегодня предъявлять счет 16-летнему Яше Серебрянскому за то, что он в бурные 1905-1907 годы вступил в подпольную эсеровскую организацию. Но раз уж вступил, то и ввязался в отчаянную здешнюю революционную вендетту — она началась со знаменитого Курловского расстрела (1905) и казни молодого минского эсера Ивана Пулихова, пытавшегося отомстить губернатору Курлову. Убийство начальника тюрьмы — один из эпизодов этой вендетты. Однако заметим вот что. Два года Серебрянский тогда просидел под следствием, но ничего существенного ему предъявить не смогли. Поэтому и отделался лишь высылкой из Минска. Вопрос: существенного не было или будущий суперагент уже на­учился заметать следы? Ведь, судя по некоторым источникам, участвовал Яша и в других эсеровских терактах.

    Эту часть его биографии можно было бы и опустить, но все в жизни взаи­мосвязано! Не было бы Серебрянского-разведчика, если бы не наработанные тогда конспиративные навыки и опыт. В любом случае грехи молодости ему не забывали. И когда в 1941 году понадобились кадры для организации борьбы в тылу врага, Сталин спросил у Берии: «А где этот эсер?» Серебрянского освободили. Еще момент: он тогда стал одним из создателей легендарной ­ОМСБОН — Отдельной мотострелковой бригады особого назначения, предтечи советского спецназа. В документальном фильме об ОМСБОН ее тогдашние бойцы вспоминали, как перешептывались: «А наш-то полковник Серебрянский — ого! — когда-то у эсеров боевиком был!» При этом в ­1960-е сын Серебрянского, когда добивался реабилитации отца, в очередном высоком кабинете услышал: «А вы знаете, что он был эсером?»

    Особые задания

    Реабилитировали Серебрянского по инициативе Юрия Андропова. Главу КГБ заинтересовали операции советской разведки в 1920-1930-е годы. В архивных папках то и дело мелькало: «Серебрянский», «группа Яши»… Стали выяснять.

    Говорят, часть информации о «группе Яши» закрыта до сих пор. Но есть сюжеты, которые не скрыть. Взять то же похищение генерала Кутепова. 26 января 1930 года в Париже руководителя РОВС остановил на улице французский полицейский — настоя­щий, но работавший на Серебрянского. Попросил на минутку сесть в машину у тротуара: там люди из нашего ведомства, у них к вам пара вопросов. Генерал сел. В машине находились трое, Серебрянский — один из них.

    Кутепова намеревались захватить живым и вывезти в СССР. Не вышло. По одной версии, у него сердце не выдержало хлороформа, которым пытались усыпить, по другой — отказало позже, уже на пароходе, по третьей — генерал в машине начал сопротивляться и был убит.

    Что и говорить, эти люди играли в жестокие игры. Но Александра Павловича Кутепова тоже не назовешь невинной овечкой. Герой белого движения, он не сложил оружия и после Граж­данской. Люди Кутепова ходили через границу в СССР, собирали информацию, в том числе для западных разведок, пытались устраивать теракты. Только какая страна потерпит, чтобы на ее земле кто-то шпионил, взрывал? А если так, то нейтрализация главы враждебной террористической организации — шаг оправданный. Что же до методов… В ­1960-е те же французы сами вовсю похищали в других странах вожаков террористической группировки ОАС. Турки захватили в Кении курдского лидера Оджалана. Американцы в Пакистане устранили Усаму бен Ладена. Продолжать? Пусть бросит камень тот, кто сам без греха.

    Скажем пару слов о «группе Яши». Серебрянский туда отбирал людей поштучно из тех, на кого лично мог положиться. Интересная получилась коман­да — чекисты и бывшие белые офицеры, европейские коммунисты и родственники Якова Исааковича. Его замом был Альфред Сыркин-Бернарди, двоюродный брат замечательного писателя Юрия Тынянова и, между прочим, в Гражданскую один из редакторов белорусской «Звезды», тогда выходившей на русском языке. Увы, погиб­ли члены «группы Яши» от рук своих — в ежовщину.

    Без гнева и пристрастия

    Рассказывать о Якове Серебрянском можно долго. Не судьба, а роман — детективный, политический, какой угодно. Но нам важен минский взгляд. Гордиться или нет таким земляком? Кто-то скажет: безусловно! Кто-то поморщится: фи, сталинский шпион.

    Думается, прежде всего это человек своего времени и своей профессии. Время было несентиментальное. Профессия — тем более. И все же на чашу весов пусть ляжет и такой аргумент. Что ни говорите, а Сереб­рянский «не стрелял несчастных по темницам». Служил в разведке, а ею занимаются все страны. Даже его особые операции тоже надо рассматривать исходя из контекста эпохи. Еще до войны он вступил в битву с фашизмом и бой вел до конца. Был уважаем и по-человечески любим профессионалами разведки, такими как Судоплатов, Эйтингон, Абель… Начальство же скорее ценило, чем симпатизировало.

    В любом случае это фигура из нашей истории. А другой истории у нас с вами нет.

    Теги: 
    • {Нет тегов}