«Люди всегда ищут тайну сохранения здоровья»

  • Мария ХЛЫСТОВА, Днепровская неделя № 20 от 15 мая 2019 Скачать номер 14 мая 2019 16:39 Здоровье Русский

    О профессии врача будущий судебный эксперт-психиатр Владимир Савченков не мечтал. Поступил после школы в автомобильно-дорожный техникум родной Смоленщины, отслужил два года в армии и понял, что техника совсем «не его».

    Из чеховских рассказов

    — Нам с моим армейским другом Виктором Петраченко стало известно, что хорошо живется курсантам военно-медицинской академии, — смеется Владимир Николаевич. — Общежитие дают, стипендия 100 рублей. И мы решили поступать, можно было это сделать во время службы. Приехали на сборы в палаточный лагерь, получили лопаты и весь месяц рыли траншеи. Для учебы выделялся час в обеденный перерыв. Мы садились за столы, но и заниматься как следует не могли — из репродукторов в это время, как сейчас помню, раздавалась песня «Синий лен».

    В общем, в академию поступать парни передумали. Владимир после дембеля хотел подать документы в Смоленский медицинский  институт, но требовалась характеристика с места работы. А вот в мединститут Витебска она была не нужна. Так Савченков в 1971 году стал студентом-медиком, выбрав специальность «лечебное дело».

    — На первых курсах представление о будущей работе было аморфно-расплывчатое, из чеховских рассказов. Но склонность имелась к неврологии и психиатрии, стал ходить в профильные кружки и в конечном итоге «застрял» на психиатрии, — вспоминает Владимир Николаевич.

    Вуз выпускник окончил с отличием и на два года остался в клинической ординатуре на кафедре психиатрии, потом распределился в Могилевскую  областную психиатрическую больницу. Уезжал не один, а с женой врачом-терапевтом Анной, с которой познакомился во время учебы. Вместе супруги уже 43 года! А сам Владимир Николаевич в марте отпраздновал 70-летний юбилей.

    Что главное для шофера

    В Могилевской областной психиатрической больнице Савченков сначала работал врачом, потом заведующим общим отделением, затем возглавил диспансерное.

    Психических больных он вел, еще учась в клинической ординатуре. Первое время, признается, когда разговаривал с больными, думал: они же здоровые люди! Почему находятся в больнице? И только с практикой научился видеть то неуловимое и не сразу заметное неопытному глазу отличие. Фамилию первого пациента, кстати, помнит до сих пор.

    — Самое сложное — поставить диагноз и сделать правильный экспертный вывод. Иногда сложные случаи не дают спать, просыпаешься среди ночи и ломаешь голову. Порой и две недели ходишь и думаешь, пока придешь к заключению, — признается судебный эксперт-психиатр.

    В 2004 году судебно-психиатрическая экспертиза отделилась от больницы, Владимир Николаевич стал заведовать отделом амбулаторных судебно-психиатрических экспертиз в управлении Госслужбы медицинских судебных экспертиз по Могилевской области. Был председателем областной психиатрической экспертной комиссии. С 2013 года — заместитель начальника управления судебно-психиатрических экспертиз УГКСЭ Могилевщины.

    Работа государственного медицинского  судебного эксперта-психиатра очень ответственная, требует большого профессионализма. Ведь случаи встречаются разные, порой весьма неординарные.

    — Сейчас людям с умственной отсталостью не разрешают иметь водительские права, — рассказывает Владимир Савченков. — Но раньше с легкой формой заболевания призывали в армию, в строительные вой­ска. Был приказ замначальника по тылу, позволяющий таким солдатам права получать. И они получали. И вот могилевский парень, отслужив в армии, вернулся на гражданку и захотел устроиться шофером. Но его не взяли и отправили к нам на врачебно-консультационную комиссию.

    Врачам предстояло выяснить, можно ли все-таки могилевчанину водить автомобиль. Спрашивали, ездил ли на машине. Да, говорит, возил генерала. Много еще вопросов задавали и в конце спросили, что для водителя самое главное. «Держать язык за зубами», — уверенно ответил парень. Работать шофером ему разрешили.

    Сделка. Действительна или нет?

    Несколько раз в год в Могилеве делают экспертизы по признанию сделки недействительной — в том случае, если жив совершивший эту сделку человек.

    — К сожалению, близкие люди могут стать врагами, когда приходит время делить наследство. Одна сторона говорит, что покойная мать, писавшая завещание, была слабоумная, вторая — что здоровее всех. Показания свидетелей абсолютно противоположные. Назначается посмертная экспертиза, последние несколько лет ее делают только в Минске. Поэтому при совершении любой значимой юридической сделки человек может обратиться к нам и провести психиатрическую экспертизу. Это освободит от всех дальнейших распрей, — отмечает Владимир Савченков.

    Ведь если в дальнейшем возникнут спорные вопросы, разрешить их будет делом нелегким и небыстрым. В управлении судебно-психиатрических экспертиз проводили экспертизу могилевчанке, которая несколько лет назад отписала племяннице дом. Все было хорошо до тех пор, пока женщины не разругались. Тогда хозяйка дома подала заявление в суд о признании сделки дарения недействительной. Аргументировала тем, что в то время была не совсем психически здорова — умер муж, она переживала сильнейшее горе.

    — Эта экспертиза была длительной и очень сложной для нас,  — рассказывает Владимир Савченков. — Надо было собирать информацию по крупицам. В итоге мы пришли к выводу, что категорический ответ дать не можем. Но с большой степенью вероятности допускаем, ссылаясь на то, что женщина сама проявляла инициативу и ходила по инстанциям, что сделку она все же совершить могла. И психических нарушений, которые бы препятствовали этому, не было.

    Как следователь

    Работа Владимира Савченкова — это непрерывные экспертизы. Кроме того, он еще курирует те, над которыми трудятся коллеги, проводит проверки заключений районных экспертов.

    — Детективной сложности в нашей работе не возникает, — говорит Владимир Николаевич. — Но когда пациент сам обращается к врачу-психиатру, то охотно рассказывает о том, что его беспокоит. В экспертной практике мы внедряемся в контакт без желания человека. Поэтому по сравнению с общим психиатром приходится больше прилагать усилий, особенно если напрямую психическое расстройство не видно. Только по некоторым нюансам есть ощущение, что оно имеется. Но в экспертизе это надо доказать, найти указующие признаки, ощущения не принимаются. И вот тут приходится работать иногда как следователю — опрашивать множество людей, выяснять тонкости.

    …То уголовное дело на первый взгляд было похоже на обычную «бытовуху». Мужчина приехал на дачу, собрался выпить со своим хорошим товарищем. Но в разгар вечера почему-то всадил ему в грудь нож, причинив тяжелую травму.

    Эксперт-психиатр при разговоре с обвиняемым усомнился, что преступление можно причислять к категории стандартных бытовых: «выпил — поругался — напал с ножом».

    — В беседе мужчина сказал, что ему показалось, что не товарищ его рядом, а душман, в тот момент еще шла война в Афганистане, — рассказывает Владимир Савченков. — «Такой, с усами, набросился на меня, хочет убить, пришлось защищаться». Когда читал допрос, там этого не было. Тогда я написал ходатайство о передопросе, чтобы узнать детали и сложить целостную картину.

    При повторном допросе мужчина снова рассказал об окруживших его душманах. Следователь, как оказалось, тогда не придал значения этим словам.

    В итоге обвиняемого признали невменяемым, ведь он совершил нападение под действием болезненных переживаний, имея временное расстройство психической деятельности.

    Простые правила

    Сыновья Владимира Николаевича и Анны Витольдовны к медицине ни малейшего интереса не проявили, несмотря на богатую библиотеку профильной литературы и намеки родителей.

    Младший сын Александр — программист. Старший Михаил стал экономистом, является многократным чемпионом Беларуси по спортивной версии игры «Что? Где? Когда?», а в последние годы в качестве капитана команды еще и чемпионом мира и России.

    Старший Савченков любит свою дачу и охотно занимается садово-огородными делами. Много читает. А еще он около 50 лет собирает альбомы великих живописцев, в том числе больших художников с психическими расстройствами.

    Сын Михаил тоже коллекционирует книги —  альбомы карикатур. Любовь к ним появилась благодаря альбомам Бидструпа и Эффеля из отцовской библиотеки, подборкам из серии «Мастера советской карикатуры». Альбомы карикатур на разных языках Михаил привозит из всех своих путешествий.

    — Человеку нужна деятельность, чтобы себя не терять и поддерживать планку. Поэтому и в юности и на пенсии полезно заниматься всяческими хобби. Люди всегда ищут тайну сохранения здоровья, в том числе и психического. Но рекомендации существуют давно и они очень простые: правильное питание, режим дня, полноценный ночной сон, дружеские отношения и семейная жизнь, активная умственная и физическая деятельность. Проблема в том, как заставить людей соблюдать все эти правила, — улыбается Владимир Николаевич.  

    А еще важно чувство юмора. Без него, на взгляд эксперта-психиатра Савченкова, не очень приятно жить. И мы с ним полностью согласны.

    Мария ХЛЫСТОВА.

    Теги: 
    • {Нет тегов}