16 Ноября, 2018 Пятница

И вот предъявлен счет

  • 04 октября 2018 Общество Русский 0

    Лишить «квадратов» за долги по коммунальной платежке — мера, согласитесь, крайняя и, конечно же, очень болезненная. А кому-то она покажется и жестокой. Но расчетно-справочные центры все равно вынуждены следовать такой политике — случаи, когда иные аргументы уже просто бессильны, бывают нередко. Но одно дело — долги по приватизированным квартирам, и совсем другое — по арендным. Корреспондент «Р» прошлась вместе с судебными приставами и посмотрела, как выглядит выселение.


    Два месяца не оплатил жировку — на выход

    Легче всего оказаться на улице хроническим неплательщикам, которые живут в государственном арендном жилье. Для этого, как прописано в законодательстве, достаточно не оплачивать жилищно-коммунальные услуги в течение двух месяцев — после этого жилищно-эксплуатационная организация вправе подать документы в суд. И в отличие от ситуации с приватизированной квартирой, выселение в данном случае предоставления другого жилого помещения не предусматривает.

    В государственном жилфонде, обслуживаемом РСЦ № 4 Советского района Минска, 97 арендных квартир. И в отношении 10 нанимателей таких квартир суд уже принял решение о выселении. 

    — На самом деле все происходит не так быстро и просто, как кажется со стороны, — констатирует начальник центра Василий Бобрович. — На скорую руку решение никогда не принимается, хотя большинство неплательщиков — люди, ведущие асоциальный образ жизни, нигде не работают, злоупотребляют алкоголем. Большинство когда-то жили в государственных квартирах, и некоторых выселили из них в жилье худших потребительских качеств уже на условиях коммерческого найма. 

    Если есть хотя бы одна уважительная причина, по которой оплата жировки не осуществлялась, она обязательно принимается во внимание. К оценке ситуации с должниками привлекают управления соцзащиты, образования, здравоохранения и другие службы. Как пример — хронического неплательщика, инвалида 2-й группы, проживавшего в арендной квартире, на улицу не выгнали — социальная служба определила его в интернат. 

    Света нет, квартира не заперта

    Сегодня запланировано освободить квартиру в пятиэтажке-малосемейке по улице Максима Богдановича. Там, в однушке, принадлежащей фонду выселения Мингорисполкома, проживает 60-летняя Галина К. с 24-летним сыном. 


    Вместе с Василием Бобровичем и юристами расчетно-справочного центра подходим к дому, где уже собрались представители других государственных служб Советского района: специалисты ЖРЭО, участковый милиционер и судебные исполнители… 

    Пожилая женщина, сидящая на лавочке у подъезда, сразу догадалась, к кому столько «гостей». Услужливо набрала код домофона со словами:

    — Не платила она и платить не будет! Толку, что вы сюда столько ходите!

    Василий Бобрович предупреждает: дома может никого не быть. Типичное поведение неплательщиков — скрываться, чтобы протянуть время: авось неприятная процедура не состоится. Однако прогноз не сбылся: дверь квартиры под номером 108 оказалась незапертой. Более того, замок на входной двери сломан. Как выяснилось, неисправен он уже целых полгода. Заходи, кто хочешь, бери, что понравится. 

    В прихожей и комнате — полумрак. Выключатель освещения не срабатывает. Электричество давно отключено за неуплату. Из комнаты выбегает бело-рыжая собачка и, дружелюбно виляя хвостом, обнюхивает посетителей. Хозяйка сидит на кровати возле горы вещей, укрытых покрывалом.

    — И куда вы меня теперь? На улицу? — с упреком произносит она. — Или я теперь в деревне должна жить? (Там у Галины К. родительский дом. — Прим. «Р».) Так я только что оттуда! Пять месяцев здесь не была. Что ж вы сваливаетесь как снег на голову! 

    На самом деле и на сборы, и на погашение долга времени было более чем достаточно. Из ЖРЭО сюда приходили дважды. Был визит и судебного исполнителя. За квартиру семья не платит четыре года, со дня заселения. Точнее, со дня выселения из другой двухкомнатной государственной квартиры на Логойском тракте, права пользоваться которой ее тоже лишили за многолетние долги. Казалось бы, горький опыт — лучшая наука. Но это, увы, не о Галине и ее сыне. Даже зарегистрироваться по месту проживания и оформить договор найма они не сочли нужным. В итоге сумма на лицевом счету к нынешней осени перевалила за 3600 рублей. 

    — Нет у меня денег, пенсия маленькая, а сын, баламут, не помогает, — начинает плакать Галина. Слезы пожилой женщины вызывают момент замешательства. Но тут же выясняется: решить этот вопрос она и не пыталась. Неоднократно ей предлагали обратиться в отдел соцзащиты для выделения адресной помощи и безналичной субсидии на оплату ЖКУ, но совету женщина не последовала. Почему? То жаловалась, что нет времени ходить по инстанциям, хотя у неработающей пенсионерки его как раз в избытке, то сетовала, что паспорт потеряла. 

    «Вы все мне обязаны помочь!»

    — Никуда я отсюда не уеду и вещи собирать не буду! — протестующе заявляет женщина. — Вы мне обязаны предоставить машину и грузчиков, чтобы все вывезти! 

    — Нет, это вам нужно сделать самостоятельно, — возражает судебный исполнитель. — Вы можете взять сейчас самое необходимое: документы, лекарства, белье, продукты. А остальные вещи и мебель имеете право забрать отсюда в течение одного месяца. 

    — И как вы себе это представляете? — возмущается женщина. — Я одна это все буду тягать?!

    В ответ на предложение обратиться за помощью к родственникам бросает: «Вам надо, вы и звоните!» Телефона у Галины, кстати, нет.

    Представители госслужб набирают номер сына Егора — где он находится сейчас, мать не знает. 

    — Ничем не могу помочь! — слышно в ответ из трубки. 

    Звонок родному брату Галины Александру, который живет в Минске, тоже безрезультатен: в трубку несколько минут звучат угрозы о жалобах в вышестоящие инстанции, но в ответ на предложение приютить сестру хотя бы на время раздаются короткие гудки. Подруг, как выясняется, у Галины нет. Бывших коллег — тоже. За свою жизнь работала всего несколько лет, поэтому получает минимальную социальную пенсию. Может, хоть соседи отзовутся? 

    — Ой, только туда не ходите! — на попытку постучать в соседнюю дверь хозяйка протестующе машет руками. Отношения с живущими на одной лестничной площадке, мягко говоря, напряженные. Не раз на нее жаловались. Единственная, с кем общалась должница, — соседка Тамара из квартиры напротив. Заставали их за выпивкой.

    Но Тамара даже разговаривать не захотела. Поначалу что-то гневно кричала в адрес ЖРЭО, а когда стала просить впустить ее сама Галина — по ту сторону воцарилась мертвая тишина…

    С досадой в голосе пенсионерка просит у присутствующих специалистов денег «на дорогу в деревню».


    — А где деревня ваша находится?

    — Очень далеко.

    — Где именно?

    — Под Смолевичами.

    Ей протягивают деньги. 

    К этому времени плотник уже сделал новый замок. Через несколько минут квартиру опечатают. Категорически отказавшись подписывать акт о выселении, Галина все-таки собирает сумку, надевает на собаку поводок, но не направляется вниз по лестнице, а… снова принимается колотить кулаком в дверь соседке Тамаре. 

    — В такие минуты становится ясно, кто был другом, а кто нет, — замечает представитель ЖРЭО.

    Кто виноват, что так дружно от человека все отвернулись? Судьба-злодейка? Дело, вероятно, не только в ней. 

    Елена КОЗЛОВСКАЯ.

    КОМПЕТЕНТНО

    Василий БОБРОВИЧ, начальник расчетно-справочного центра № 4 Советского района г. Минска:

    — Законодательство в отношении должников арендных квартир более жесткое по сравнению с приватизированными. Но это еще не означает, что ровно спустя два месяца люди оказываются на улице. Жильцам звонят наши сотрудники, направляют уведомления. Приостанавливаются услуги электроснабжения, информируются другие организации — поставщики услуг и милиция. В отдел принудительного исполнения подаются данные на взыскание задолженности. И только если наниматель по-прежнему не предпринимает никаких мер по погашению задолженности, подается иск в суд о выселении.

    Действия сотрудников госслужб регулируются Указом Президента № 563 «О некоторых вопросах правового регулирования жилищных отношений». Там прописано, что наличие задолженности без уважительных причин по внесению платы за пользование жилым помещением коммерческого использования в размере двухмесячной платы – основание для выселения без предоставления другого жилого помещения. Есть ли уважительные причины — всегда решает суд. Оправдательных причин существует масса. Например, люди могут находиться в больнице, в вынужденном отъезде и так далее.





    Рэспубліка
    Теги: 
    • {Нет тегов}

Комментарии (0)