17 Декабря, 2018 Понедельник

Возьму твою боль

  • 27 ноября 2018 Общество Русский 0

    Погулять еще охота!

    Утро субботы. К Республиканскому Дворцу культуры имени Н. Ф. Шарко подъезжает такси. Из него выпрыгивает мальчонка лет пяти, следом показывается молодая женщина. Она помогает выйти из машины мальчишке постарше. Парнишка медленно поднимается по лестнице в здание. Пусть ступенек немного, но ребенку каждый шаг дается с трудом: ноги плохо слушаются.

    Они приехали на спектакль «Док­тор Айболит». В этой сказке доктор вылечил зайчика, он снова может прыгать и бегать. Жаль, что в жизни Кирилла такого чуда не произойдет. Да и больные у ребенка не только ноги. Диагнозов много… Но самым невыносимым и травмирующим душу стало то, что от сына отказалась родная мама. И сегодня он будет смотреть представление вместе с тетей, которая усыновила мальчика и борется за его здоровье с самого рождения.

    — Ребенок не вписывался в жизненные планы моей сестры. «Мне всего 20 лет, хочется погулять. Зачем брать на себя ответственность?» — заявила она. Аборт делать было поздно, — вспоминает Татьяна.

    В семье надеялись: как только малыш появится на свет, старшая дочь одумается. Но материнский инстинкт так и не проснулся. Не дрогнуло сердце матери из-за того, что сынишка родился весом чуть больше килограмма, три месяца провел в реанимации, долго был подключен к аппарату искусственной вентиляции легких, у него началось отслоение сетчатки. Врачам чудом удалось сохранить ребенку жизнь.

    — Они вернулись домой из больницы, а у новорожденного все еще не было имени. Мы решили назвать его Кириллом, — говорит Татьяна. — Сестра еще некоторое время с нами жила, уходила, возвращалась, но ребенком не занималась. Мне тогда исполнилось 18 лет, как раз оканчивала колледж. Вот с Кирюхой на руках и готовилась к экзаменам. Он очень беспокойный был, плакал все время.

    От трех до десяти

    Биологическая мать не удосужилась поставить в известность родственников, что у мальчика серьезные проблемы со здоровьем. И когда врачи предложили оформить ребенку инвалидность, отказалась. Татьяна об этом узнала гораздо позже.

    — Кирилл перенес две операции на глазах, но зрение вернуть не удалось. Однажды захожу к нему в комнату, он спит, разбудить не могу. Вызвали скорую. Оказалось, шунт забился, который поставили в больнице, чтобы спасти от гидроцефалии. Опять операция. Кирилл начал отставать в развитии, и нас направили на лечение в Минский городской центр медицинской реабилитации детей с психоневрологическими заболеваниями, — рассказывает Татьяна.

    Так как сестра не принимала участия в жизни ребенка, органы опеки забили тревогу: Кирилла признали находящимся в социально опасном положении. Тогда решили, что официальным опекуном мальчика станет бабушка. А со временем родная мать вообще перестала появляться дома.

    Новый статус

    В 2016 году, когда Кириллу исполнилось 10 лет, Татьяна пере­оформила опеку над мальчишкой на себя и подала документы на усыновление. Сестра без вопросов подписала отказ от сына, не возражал и биологический отец.

    На тот момент Татьяна уже была замужем, воспитывала собственного сына Мирослава. Она переживала, как отнесется муж к тому, что племянник станет официально их ребенком. Поэтому первое время думала об одностороннем усыновлении.

    — А Сергей согласился! Мы вместе ходили на обучающие курсы для усыновителей. А вскоре узнали, что я беременна вторым ребенком. Вот так неожиданно мы стали многодетной семьей, — делится Татьяна. — Он не называет меня мамой. Да мы и не просили его об этом никогда. Обращается просто по имени. Кирилл помнит свою маму, знает, что она есть. Ждет ее? Не думаю. Может, если бы она сразу его оставила, ему было бы еще сложнее, а так она постепенно отдалялась.

    С будущим мужем Татьяна встретилась в молодежном общественном объединении «Альтера», участники которого — волонтеры.

    — Мне всегда хотелось кому-то помогать. Первым для меня стал проект «Связь поколений»: мы делали уборку в квартирах пожилых людей и ветеранов, мыли окна, покупали им продукты. Еще поздравляли с Новым годом деток-инвалидов: я — Снегурочка, Сергей — Дед Мороз. Так и познакомились, — рассказывает собеседница.

    Семья живет в квартире вместе с мамой Татьяны. Анна Дмитриевна помогает дочери, как может: и с маленькой внучкой останется, если нужно, и с Кириллом на реабилитацию съездит. Хотя, конечно, в ее возрасте это делать сложнее.

    — В 1-м классе Кирилл учился в 188-й специализированной школе для детей с нарушениями зрения. Сейчас сын уже в 6-м, находится на надомном обучении. Нам так проще. Учителя приезжают домой. Я им очень благодарна за это, — выражает признательность Татьяна.

    Несмотря на проблемы со здоровьем, мальчик учится по общеобразовательной программе. Он владеет шрифтом Брайля, с помощью специальных программ на мобильном телефоне пользуется Интернетом. И еще хорошо поет!

    — Любимые песни — «Метель» Аллы Пугачевой и «Снег» Филиппа Киркорова. Он их исполняет на сцене, участвуя в различных мероприятиях, когда мы бываем в санаториях или на реабилитации. Зрителям нравится, — говорит собеседница.

    Татьяна не скрывает: Кирилл до сих пор не может привыкнуть, что маму нужно делить с Мирославом и Анжеликой. Время от времени вспыхивает ревность. Но такое проявление чувств понятно: мальчик боится остаться без любви, оказаться ненужным. Ведь он уже проходил через это.

    Родители стараются, чтобы братья вместе посещали различные детские мероприятия и дома находили общие занятия. Мирослав всегда откликается на просьбы старшего брата, если тому нужна помощь. А Кирилл не против составить компанию младшему и рассказать что-то интересное из школьной программы по биологии, которая ему так нравится.

    — Мы мечтаем о том, чтобы Кирилл выздоровел и все наши детки выросли дружными и внимательными по отношению друг к другу. Что касается материальных благ, то хотелось бы иметь собственные квартиру и машину, которая так нужна, чтобы возить старшего сына на лечение, — рассказывает Татьяна.

    Автор: Марина ЖДАНОВАМинский курьер
    Теги: 
    • {Нет тегов}

Комментарии (0)